17 (4)
выпуск
2017
Подписка
Бесплатная подписка на
электронную версию журнала
Подписной индекс
«Почта России» – 43669
НАУЧНЫЙ
ЕЖЕГОДНИК
Институт философии и права
Уральского отделения
Российской академии наук
с 2011 г. журнал включен в Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий о журнале

ПЕРЦЕВ АЛЕКСАНДР ВЛАДИМИРОВИЧ

«ФИЛОСОФИЯ П. СЛОТЕРДАЙКА: КУЛЬТУРНАЯ ЧУМА СОВРЕМЕННОСТИ»

18 февраля 2016 года в Институте философии и права состоялся теоретический семинар «ФИЛОСОФИЯ П. СЛОТЕРДАЙКА: КУЛЬТУРНАЯ ЧУМА СОВРЕМЕННОСТИ»

Докладчик: Александр Владимирович Перцев, доктор философских наук, профессор Уральского федерального университета

П. Слотердайк описывает современность используя понятие «депросвещение». Депросвещение (Abklarung) представляет собой демонтаж всего здания, выстроенного просветителями — вплоть до самого фундамента. Это разрушение классической культуры, отказ от самого допущения, что может существовать что-то классическое. Интеллектуалы семидесятых-восьмидесятых, устроившие расшатывание европейской культуры призывами к импровизациям без берегов, к толерантности без берегов, косвенно повинны в торжестве средневековых, по сути, взглядов, в примитивизации всего образа жизни и образа мысли. Отвыкание от взыскательного, критического мышления, от усилий, которых требует интеллектуальный рост, привело к торжеству примитивного, которое быстро сделалось большинством (для того, чтобы опуститься, больших усилий применять не надо). Демократия в этих условиях превращается в торжество посредственности, неспособной к самостоятельному руководству жизнью. И. Кант критиковал непросвещенных современников за то, что они являются «несовершеннолетними по собственной вине»: у них есть разум, но они не пользуются им, поскольку жить в толпе, по стандартам (первого, второго и третьего поколений), значительно легче это не предполагает ни малейшей ответственности.
Сегодняшнее «депросвещение» есть призыв всем стать несовершеннолетними, забыв о просветительской гордыне. Это — революция троечников, которая сопровождается преследованием отличников. Преодолевая способность самостоятельно выстраивать свою жизнь и отвечать за нее, депросвещение порождает распространение фундаментализма как теоретической основы терроризма. Фундаментализм означает, что Религии Книги в условиях всемирного отучения от разума перестают быть религиями Книги, превращаясь в первобытные религии идолов и картинок. Христианин, ни разу не читавший Библию, мусульманин, ни разу не читавший Коран, превращается в нового язычника. (Точно так же, как марксист, ни разу не читавший К. Маркса.) Новое средневековье — подобное тому, которое описано в романе братьев А. Н. и Б. Н. Стругацких «Трудно быть богом» — при подобном развитии событий не за горами. В гору просвещения карабкаться трудно, взбираясь по каменистым тропам науки. Под гору депросвещения скатиться можно моментально.
Возрождение — наивысшим воплощением которого П. Слотердайк считает «Декамерон» Дж, Боккаччо (1353) — не есть результат некоторого позитивного развития средневековья по восходящей, не есть результат некоторого позитивного прогресса. Наоборот, оно могло возникнуть только как абсолютное отрицание средневековья, которое достигнет самого дна своей пропасти.
 Таким дном средневековья была катастрофа XIV в. — чума. Только во Флоренции за три летних месяца от нее умерло 100 000 человек! Чума показала, что перед ней бессильно все наличное человеческое знание, включая медицину, а также бессильны все религиозные утешения. Чума показала негодность всего культурного космоса, в котором жило средневековье. Не отдельные недостатки, которые нужно устранить — а тотальную негодность всей системы. Это был также крах всего средневекового социума, который в незыблемости своей сохранялся в неизменности веками. Заразность чумы была феноменальной. Всякие контакты между людьми прекратились — никто больше не производил работ, не собирался в церквях, опустели дворцы, были брошены на произвол судьбы даже родные дети, если у них появились первые признаки заболевания. В обществе царили паника и бесстыдство. Моральное регулирование перестало действовать. Люди, как писал Боккаччо, садились завтракать с самыми здоровыми друзьями, чтобы отужинать на том свете в обществе умерших родственников. Несчастье было тотальным, абсолютно невыносимым. И единственным средством от него было — отвлечь себя от окружающих ужасов. Семь молодых женщин и три молодых человека из хороших семей, прекрасно воспитанные, собираются в церкви Санта Мария Новелла, чтобы посвятить себя восстановлению утраченной радости жизни — ре-анимации, т. е. возвращению души и жизни в людей. В условиях, когда выказали свое бессилие наука и религия, мораль и закон, спасительным средством оказывается успешная повседневность, удача при нехитрых жизненных предприятиях. Рассказ об удачно провернутом деле, об искусно устроенном свидании, которое принесло настоящую жизненную радость — именно это П. Слотердайк называет «открытием ментальной иммунной системы». К этому не сводится все — но это первые шаги к восстановлению социального здоровья общества. Новеллы «Декамерона» становятся квази-евангелием Возрождения: при наличии беспросветно- темных вестей из окружающего мира они играют роль «благих вестей», «хороших новостей», сулящих спасение.